Глава 11.
Чем закончились переговоры на высшем уровне, Алеша не помнил. Очнулся он в чистом поле. Глаза хотели открываться. Юноша сел. Переход в вертикальное положение отозвалась могучим ударом колокола внутри черепной коробки.
— У, е-мое-е-ё... — Алеша схватился за голову. Пальцы наткнулись на ежик коротких волос.
— Сэйчас лэчить буду, — обрадовал его голос Вано и под нос авантюриста ткнулся черпак, источающий ароматы сгущенного вина колдуна-недоучки.
— О нет! — Юноша отшатнулся. — Я это... в смысле... побриться бы не мешало.
Алеша еще раз провел рукой по голове.
— Пэрья нэт, галава мэзнэт! — Ара сунул клюв в черпак, от которого отказался глава экспедиции.
Зашевелились остальные члены команды. Алеша руками разлепил веки, и первое что увидел — придавленные камнем листки. Один пёргамент содержал подробное описание маршрута до сада с молодильными яблочками, в точности совпадавший с маршрутом, писанным Ягой под диктовку Кощея, второй — пространный текст договора. Алеша сфокусировался, прочитал первые строки, тихо ахнул и уставился на свою команду.
— Так, колитесь, какая сволочь про молодильные яблочки заикнулась?
— Он! — Команда дружно указала на Вервольфа.
— Попрошу не тыкать! — немедленно вскинулся Вервольф Вольфович. — Я политический деятель! И вообще, кто просил меня к курительнице привязывать?
— Не быть тебе президентом — обрадовал главу оппозиции Алексей, засучивая рукава.
— Вай! Дарагой! Зачэм сэрдишься? — вскинул руки Вано. — Так харашо таргавали-и-ись... до сих пор душа поет!
— Торговались? — Алеша попытался читать дальше, но строчки прыгали перед глазами.
— Дай я. — Елисей взял из рук брата пергамент. Быстро окинув взглядом лист, тихонько присвистнул. — Ну вы даете! Ваша доля — пятьсот процентов прибыли от торговли яблоками, которые вырастут из семени молодильного яблочка, которое мы обязаны добыть для хана Хучума.
— Пятьсот?! — ахнул Алеша. — Ты не ошибся? Может, пятьдесят?
— Пятьсот, — подтвердил царевич.